Осторожно, впереди почта!
Сколько часов в неделю работает почтальон в Швейцарии? Какая наклейка была на пистолете управляющего почтой в Комюни? Чем уникален 1993 год? Замуж за человека или за профессию? Что делал швейцарский почтальон возле Чернобыля через двадцать лет после аварии на атомной электростанции? Рассказ о почте, странствиях и любви.
Приключения женевского почтальона
«Среди двенадцати учеников на нашем курсе только двое были из Женевы, остальные приехали из разных уголков немецко- и франкоговорящих частей страны. Все были из разных слоев общества: сын начальника полиции города Фрибурга, сын сицилийского эмигранта, двое из кантона Юра, два странных типа из кантона Вале. Весь этот микромир обитал в общежитии ПТТ (почта, телеграф, телеком) на улице Пенаты, в женевском районе Делис».
Это отрывок из автобиографической повести Жан-Жака Кисслинга (Jean-Jacques Kissling) «Жизнь почтальона» (Une vie de facteur). Потомственный швейцарский почтальон, фотограф и путешественник, он с юмором и любовью описал свою профессию, которой посвятил тридцать семь лет. Книга вышла в Женеве на французском языке десять лет назад. В 2019 году в Санкт-Петербурге опубликовали русский перевод; его сделала Елена Квактун-Кисслинг, жена Жан-Жака.
Семья Кисслингов много лет дружит c Алиной Тукалло. Она журналистка, давно живет в Швейцарии, рассказывает об интересных судьбах в разных медиа (в том числе и в «Швейцарии для всех») и два десятка лет ведет интеграционный курс для женщин «Мы живем в Цюрихе». На занятиях новые жительницы Швейцарии знакомятся с местной культурой, историей, политикой Альпийской страны и тысячелетнего города, возникшего на берегах реки Лиммат из галло-римского укреплённого поселения Турикум (Turicum).
Выпускницы курса «Мы живем в Цюрихе» объединились в одноименный культурный клуб. Мне посчастливилось побывать на одной из встреч, где Жан-Жак Кисслинг говорил о своих книгах и путешествиях в Санкт-Петербург, Монголию и Китай в начале девяностых. Рассказ раскрасили музыкальные паузы и фотографии на экране. Они были сделаны в прошлом веке классическим методом на плёнку, проявлены химическим способом, напечатаны на светочувствительной фотобумаге, а теперь оцифрованы.
«Если бы вы сейчас отправляли письмо себе шестнадцатилетнему, что бы написали на конверте: “Осторожно, впереди почта”, “Осторожно, впереди Петербург” или “Осторожно, впереди любовь”? — спросила я бывшего швейцарского почтальона, страстного фотографа и очарованного странника, а теперь женевского писателя: своего издателя ждут четыре фэнтези-романа. После некоторой заминки Жан-Жак уверенно произнес: «Осторожно, почта!»
Фотосъемка и путешествия — полноправные слагаемые этой удивительной судьбы. Кисслинг почти полвека фотографировал для муниципалитетов, фотографировал архитекторов и виноделов, фотографировал акции Greenpeace, фотографировал акции в поддержку свободы Тибета и многое другое. Его фотовыставки проходили в Швейцарии, Франции и Санкт-Петербурге. Выполненные в классической технике аналоговые чёрно-белые фотографии автор вручную раскрашивал акварелью, как это делали в старых фотографических мастерских.
Долгие годы Кисслинг как свободный фотограф сотрудничал с Le Courrier de Genève и другими периодическими изданиями франкоязычной Швейцарии. По итогам нескольких путешествий журнал Écho Magazine опубликовал около тридцати материалов Жан-Жака — тексты и фотографии.
«Я работаю в Комюни — деревне, расположенной чуть выше городка Коппе в кантоне Во. Стоит настоящая зима, такая, как мне нравится, снег идет почти каждый день. Ехать из Пенатов до работы почти 15 километров, при температуре минус пять за рулём мопеда довольно холодно. Чтобы избежать этой прогулки, я заезжаю каждое утро на центральную почту на Карнаване, оттуда уходят грузовики, развозящие письма и посылки по всему кантону. Шоферы — добрые ребята, они позволяют мне поставить мой мопед в грузовик, а сам я занимаю место в теплой кабине. Почта Комюни — это вторая остановка на их маршруте, таким образом каждый день я прибываю на работу вовремя. Управляющий встречает меня чашкой кофе и бутербродом с домашним вареньем, непременно, и с гордостью вручает яблоко из своего сада. Это необычный управляющий: у него в сейфе хранится пистолет с наклеенной этикеткой «осторожно, заряжен». Несколько лет назад на почту напали грабители, и он, делая вид, что открывает для них сейф, достал свой пистолет. К несчастью, бандиты оказались быстрее и один из них выстрелил управляющему в грудь. Он выжил, но забыть эту историю, конечно, не мог».
После встречи в Цюрихе я связалась с Жан-Жаком и его женой Еленой.
Телефон на привязи, а надежда свободна
— Недавно в Женеве вышла ваша книга «Год утопии — 1993» (1993, une année utopique). О чем она? — спросила я Жан-Жака.
— 1993 год был полон надежд. Он начался с того, что Чехословакия мирно разделилась на Чехию и Словакию. В Белый дом вошел Билл Клинтон. Американский и российский президенты танцевали за рюмкой водки. Нельсон Мандела получил Нобелевскую премию мира. Израильтянин Ицхак Рабин и палестинец Ясир Арафат обменялись рукопожатием на Южной лужайке Белого дома. Телефон всё ещё был привязан к проводу, а мечты — без поводка.
И вот в этот уникальный год я отправился на поезде из Женевы через Европу в Россию, а оттуда — через Монголию в Шанхай и обратно. Вновь повстречался с андеграундной культурой Санкт-Петербурга. Затем был «поезд контрабандистов» до Улан-Батора. В Китае я совершил круиз по Янцзы перед строительством плотины «Три ущелья». В Шанхае старые кварталы исчезали один за другим, потому что Китай открывался международному бизнесу, а Шанхай — международному кинематографу.
Обратный состав из Пекина до Москвы был очень похож на передвижной базар на колёсах. Мзда по обе стороны границы чудесным образом освобождала китайский груз от государственных пошлин. Лена приехала из Санкт-Петербурга в Москву, чтобы встретить меня на Казанском вокзале. После объятий белых ночей и золотой осени в городе на Неве наступил час, когда экспресс унес нас с Леной в Швейцарию, и это было её первое знакомство с моей страной.
— У вас есть серия фотографий о Чернобыле. Как это было?
— Летом 2006 года я с семьей почти месяц путешествовал на автомобиле по Украине. Мы проехали от Женевы до Путивля в Сумской области. А 11 августа уже в одиночку я побывал в Припяти. Этот город-призрак находится вблизи Чернобыля. Там разрешалось находиться короткое время, я фотографировал около получаса. Серию этих снимков потом показали в музее Maison d’Ailleurs города Ивердон-де-Бен в кантоне Во. Выставка называлась «Сталкер», в ней также участвовал художник фильма Андрея Тарковского «Сталкер».
Мои фотографии из Чернобыля были на фестивале духовного творчества «ИнЛакЕш» на озере Ладога в России, в Монпелье во Франции и других европейских городах. Я несколько раз возвращался к этой теме. Через пять лет из сделанных в Припяти фотографий создал композиции в технике коллажа для выставки «Чернобыль — моя любовь». В 2016-м снимки послужили оформлению фоторомана-комикса «Жизнь или забвение». К сороковой годовщине Чернобыля Лена перевела этот фотороман на русский язык.
Чернобыль требует постоянного внимания; это надолго, — говорит Жан-Жак. — 7 июня российский дрон ударил по хранилищу отработанного ядерного топлива. Россия пытается предать катастрофу забвению. В 2022 году во время вторжения в Украину российская техника разносила радиоактивную пыль далеко за пределы зараженной радиацией территории. Пресса сообщала, что российские солдаты окапывались в пораженном радионуклидами лесу, после чего некоторые российские военные оказались в радиологическом госпитале в Гомеле.
Питер, Леман и дорога между ними
— Лена, когда вы познакомились с Жан-Жаком?
— В 1992 году. Жан-Жак с другом путешествовали по Восточной Европе. В Польше они узнали из прессы, что Ленинград переименован в Санкт-Петербург и сразу туда отправились. Жан-Жак много фотографировал. А я, зная английский, проводила экскурсии для иностранцев. Экономическая разруха и «дикий капитализм» не мешали работе музеев и театров. Ротонда на Гороховой, кафе «Ламбада», куда переехал бывший «Сайгон», и клуб «Грибоедов» притягивали молодежь. На набережной Обводного канала и на Фонтанке авангардные художники и музыканты устраивали в пустующем жилье мастерские и музыкальные студии. Популярен был «арт-центр» Пушкинская 10. То трудное и полное надежд время сблизило нас. Воспоминаний хватит на полновесный роман.
— Чем занимаетесь в Швейцарии?
— Мы поженились осенью 1994-го в коммуне Ля Тур де Пэ (La Tour-de-Peilz) кантона Во на берегу Лемана между Веве и Монтрё. Жан-Жак понимал, что я скучаю по Питеру, и предложил мне заняться культурным обменом, популяризировать в Швейцарии питерский авангард. В январе переехали в Женеву. И уже осенью открыли нашу первую выставку Rencontre. Это была творческая встреча питерского клуба «Пушкинская-10. Ковчег XXI века» и женевского культурного сквота L’Ilôt 13. Далее я организовывала концерты Бориса Гребенщикова и «Аквариума», «Оле Лукойе», гастроли питерского «Инженерного театра АХЕ», художественные выставки, другие культурные события.
Что нам особенно запомнилось в прошлом году? И что означает свобода прессы сегодня? На двух выставках в Швейцарском национальном музее...
Пьеса немецкого драматурга Лутца Хюбнера «Гретхен 89 и т.д.» приглашает за кулисы и открывает сценические тайны. Она популярна уже треть...
Главный герой, предприниматель Глеб, должен отправить на войну 14 человек – такова разнарядка, полученная «сверху». Столько же – 14 юношей...
Два символа 61-й биеннале современного искусства – зеленый луч военного лазера, который по воле художника Криса Левина поднимается с частного...
Ансамбль украинского народного танца «Голубка» пригласили в Национальный день Швейцарии на исторический луг Рютли над Люцернским озером. Это признание высоких...
Сборники «Год поэзии» уже пятый год объединяют антивоенную лирику более ста русскоязычных авторов из разных стран. Антологии выходят в киевском...
Швейцарский паспорт дал мне возможность свободно ездить по миру, это было важно. Жан-Жак путешествовал по странам Азии в 1985-м и 1986 году, проехал весь Тибет автостопом. В 1989-м два месяца провел на Ямайке, посетил Пакистан. Странствия — и моя страсть с детства. Еще до замужества вместе с Жан-Жаком мы четыре месяца путешествовали по Индии. И уже как семейная пара побывали в Таиланде. Жан-Жак показывал мне места, где ему было хорошо. Мы проехали вместе почти всю Европу и трижды по маршруту из Женевы до Питера и обратно.
Замуж за человека, а не за профессию
— Человек — и особенно друг — открывается в дороге иначе, — продолжает Елена. — Новая удивительная природа, культура, люди меняют взгляд на мир. Каждый раз после путешествий я чувствую себя обновленной, обогащенной, смотрю на давно знакомое и незнакомое другими глазами. Думаю, что раз уж я родилась на Земле, то хорошо бы получше узнать эту планету за время жизни. Наша взаимная любовь к путешествиям стала огромным плюсом моего решения выбрать Жан-Жака и Швейцарию.
У нас сложились свои привычки, традиции. Каждое лето мы ездим на автомобиле по прекрасной Альпийской стране, останавливаемся в кемпингах. И в прошлом году, наконец, осуществили давно задуманное — теперь объездили все швейцарские кантоны — погостили, надышались, насмотрелись каждым. Маттерхорн, Юнгфрау, Эйгер и Мёнх, Большой Сен-Бернар, Гризон и многие другие важные вершины и хребты, долины и перевалы Швейцарских Альп — наши добрые знакомые.
Почтальон — трудная профессия в любой стране. И Швейцария не исключение, а правило. Просыпается почтовый работник до первых петухов. На своей службе он занят 42 часа в неделю. В день ему надо доставить получателям до 50 килограммов писем и вдвое больше пакетов. Обычно в сельской местности на одного почтальона около 150 адресов, в городе — вчетверо больше. После таких нагрузок мужу с годами чаще хотелось более спокойного отдыха. Мы учитывали это, планируя будни, отпуск и культурный досуг.
Теперь наши дети выросли, стали взрослыми. Дочь Мая — медицинский работник, она выбрала профессию, вдохновившись опытом питерской семьи по моей линии. А сын Арсений заканчивает учебу на факультете социальной психологии Женевского университета. Он, как и отец, любит ветер странствий, проехал на велосипеде по Южной Корее и Японии.
9 июня Жан-Жаку исполнилось 65 лет. По швейцарским законам он теперь полноправный пенсионер. У нас появилась возможность уделять больше внимания тому, что мы оба ценим и любим, а именно — путешествиям, культурным событиям, изданию книг Жан-Жака. Меня однажды спросили, как так получилось, что я вышла замуж за простого швейцарского почтальона. Мне этот вопрос показался странным, ведь я выходила замуж за человека, а не профессию.
— О чем мечтаете?
— Мы сделали русский перевод книги Жан-Жака «Год утопии — 1993», она готовится к изданию. В детстве, когда ресничка падала на щеку, загадывали желание, и надо было угадать, на какой стороне ресничка. У нас с Жан-Жаком есть мечта — посетить Японию, надеюсь, это осуществится. К сожалению, в 2020 году у мужа случился обширный инфаркт, теперь у него рукотворный моторчик в сердце. Поэтому я дорожу каждым нашим общим мгновением и прошу небо, чтобы мы были вместе как можно дольше, чтобы понянчить внуков, и, разумеется, чтобы в Европе был надежный долгосрочный мир.
- Осторожно, впереди почта! - 9 июня 2026
- Лучшие фотографии плохих времён - 3 июня 2026
- Разоблачение из-за кулис в театре Synthese - 29 мая 2026
Изображения:
Жан-Жак Кисслинг на встрече «Жизнь почтальона» в клубе «Мы живем в Цюрихе». Цюрих, 4 июня 2026 г. (© forall.swiss)
Елена и Жан-Жак на фоне выставки на Пушкинской 10 в галерее «103». Санкт-Петербург, сентябрь 1994 г. (© Личный архив / Courtesy Photo)
Елена Квактун-Кисслинг на снимке Жан-Жака. Встреча в клубе «Мы живем в Цюрихе». Цюрих, 4 июня 2026 г. (© forall.swiss)
Из путешествий Жан-Жак Кисслинг привозил впечатления и фотоснимки. Встреча в клубе «Мы живем в Цюрихе». Цюрих, 4 июня 2026 г. (© forall.swiss)
Семья Кисслингов. Женевское озеро, сентябрь 2023 г. (© Личный архив / Courtesy Photo)
Мы живем в Цюрихе
Интеграционный курс для женщин «Мы живем в Цюрихе» — это 15 занятий на разных языках: немецком, английском, испанском, португальском, китайском, русском, японском, таиландском, арабском, тигринья и других.
Поделитесь публикацией с друзьями