Культурный фронт. Кто выигрывает от концертов Гергиева?
Действительно ли культура вне политики? Ведущая международной новостной программы «Вот Так» Ника Нестеренко спросила об этом галериста и арт-менеджера Марата Гельмана. «Швейцария для всех» приводит расшифровку ответа и видео на канале YouTube, основные зрители которого из России, Украины, Казахстана, Беларуси.
Ника Нестеренко: К нам присоединяется Марат Гельман, галерист, арт-менеджер. Марат Александрович, доброе утро.
Матрат Гельман: Доброе утро, добрый день.
Н. Н.: Искусство вне политики, культура вне политики. Одна из фраз принадлежит Владимиру Путину, другая принадлежит губернатору региона, где планирует выступить Гергиев [близкий к российскому президенту Владимиру Путину российский дирижер Валерий Гергиев приглашен 27 июля в итальянский город Казерту, чтобы на площадке Королевского дворца в рамках фестиваля Un’Estate da Re дирижировать филармоническим оркестром из Салерно, к которому присоединятся солисты Мариинского театра из Санкт-Петербурга. — Прим. Ред.].
М. Г.: Действительно ли культура вне политики? Вы знаете, если бы не было войны, если бы каждый день не убивали людей, можно было бы с этой позиции просто спорить и говорить, что вот одни считают так, другие по-другому. Есть художники, которые вне политики, есть другие, которые наоборот — социальны.
Но сейчас, мне кажется, такая позиция в принципе — безнравственная. Именно потому, что война — это тоже уже не политика. Война — вопросы жизни и смерти.
Вопросы жизни и смерти, если они не касаются культуры, то такая культура вообще, в принципе не нужна. Поэтому здесь есть очень важное ситуативное обстоятельство, как мне кажется: это связано с тем, что Трамп легитимизировал Путина. После чего как бы открылись возможности легитимизировать путинцев. Хотим мы или нет, но это уже случилось — это теперь медицинские факты.
Я думаю, что это будет продолжаться. Просто у Путина не очень много таких реально сильных артистов, как Гергиев, ради которых это будет делаться. Но в целом мы должны признать, что ящик Пандоры открыт и, я думаю, уже не закроется.
В Америке, по словам моих коллег, уже почти никто и не спрашивает позицию по отношению к войне. Безусловно, есть какие-то сложности у российских людей искусства, но они связаны не с позицией о войне, а в целом со сложностями интеграции в определенное внешнее пространство.
Поэтому важно говорить, что Гергиев не только дирижер, но он крупный путинский чиновник. Да, с моей точки зрения, это прискорбный факт, но потерявши голову, по волосам не плачут. То есть путинферштееров в Европе сейчас очень много. И они, получив сигнал — что теперь можно — будут и дальше расширять это пространство.
И наша задача не пытаться истерить по этому поводу, а понять, как с этим быть.
Н. Н.: Адресуя вам же ваш вопрос — как с этим быть? Есть ли какие-то инструменты, чтобы повлиять на такие возможные будущие выступления или уже состоявшиеся?
М. Г.: Тут есть два принципа: справедливости и эффективности. Следует признать, что Трамп при всей своей, с точки зрения того, что он говорит, «ужасной» как бы риторики, но чего-то умеет добиваться.
И в этом смысле мы должны тоже поставить перед собой глобальный вопрос, что нам сейчас более важно: наказать, условно говоря, Гергиева за сотрудничество с Путиным, или нам всё-таки важнее, чтобы российское общество не изолировалось от европейского, чтобы каким-то образом всё-таки пытаться влиять на это общество.
Подобная тема была, когда дискутировали вопрос о финансах, об олигархах.
Сейчас ФБК выступила жёстко против Гергиева. А когда речь шла, например, о Фридмане, то они говорили по-другому. Они говорили, да, конечно, он работал с Путиным, сидел во втором ряду на том совещании, на котором обсуждалось начало войны, но в то же время нам выгодно, чтобы он перешёл на нашу сторону, чтобы он помогал Украине.
И если мы перейдём к этой модальности справедливой — то есть мы хотим достичь справедливости, или мы хотим быть более эффективными — то тогда мы придём к мысли, что для нас действительно важно сохранить какие-то коммуникации с обществом в России.
Мы же не предполагаем, что она исчезнет, что она будет повержена. Мы предполагаем, что наиболее правильным или мечтаемым нами вариантом было бы изменение внутри общества, желательно революционное. Соответственно, для этого надо с этим обществом общаться. Поэтому я бы думал именно в таком ключе, чтобы максимально использовать подобные ситуации и через них влиять на российское общество, антивоенные настроения в России.
Н. Н.: А как вам кажется, каковы последствия нормализации и легитимизации этих артистов путинской России, того же Гергиева, Хора Турецкого, Анны Нетребко, которые выступают уже сейчас или планируют выступать в Европе и США?
М. Г.: Я бы хотел отделить Анну Нетребко от остальных. Она всё-таки заняла антивоенную позицию. Да, очень важно, что она долгое время была вместе с Путиным и, в общем-то, как бы делать из неё героиню ни в коем случае не надо, но она заняла чёткую антивоенную позицию. И мы бы хотели, чтобы все люди, которые, может быть, шли вслед за Путиным до начала войны, заняли тоже антивоенную позицию.
Поэтому для того, чтобы это случилось, думаю, мы должны наоборот как-то поощрять, например, ту же самую Нетребко. И тогда, может быть, у других, может, и у Гергиева появится идея (он же молчал всё-таки) — вдруг взять и выступить против войны. Поэтому считаю, что здесь есть некая граница отношения к войне, после которой отношение к человеку может и должно быть другое.
Что касается последствий, скажу, что Трамп совершил какое-то мировоззренческое преступление, наверное, тем, что он легитимизировал Путина.
И поверьте мне, что Гергиев — лишь маленький десертик в огромных обстоятельствах, значимых для Италии, Германии, Сербии. Путинферштееры, которые до сих пор молчали, считая, что их позицию неудобно произносить, вдруг почувствовали в нём [Трампе] своего соратника, и что теперь с Путиным можно иметь дело, разговаривать, и так далее.
Поэтому я считаю, что это неизбежная ситуация, что размывание [неудобного молчания] уже происходит вне зависимости от людей культуры. И вопрос именно в том, как мы этим воспользуемся. Например, есть замечательная идея выкупить билеты и превратить это выступление в некоторую политическую акцию. Потому что идёт война, и искусство вне политики — это безнравственно.
Думаю, что именно такие активные акции гораздо более эффективны, чем бойкотирование.
Тем более, бойкотирование сегодня, к сожалению, очень часто идёт напалмом. То есть, его [приверженцы] бойкотируют не только Гергиева, который за Путина и против Европейского сообщества. Они бойкотируют всех, в том числе Акунина, которому в России вчера присудили 14 лет колонии [по сфабрикованному делу о «содействии терроризму». — Прим. Ред.], и его тоже украинская общественность бойкотирует.
Это неразличение, что, как бы «не бывает хороших русских» и так далее, — серьёзнейшая проблема. И в культуре это не работает.
Потому что, например, чиновник от культуры рассматривает программу фестиваля, в котором участвует Кирилл Серебренников, и этот чиновник получает письмо от украинской общественности с требованием исключить Серебренникова. Но директор фестиваля знает про антивоенную позицию Кирилла и, конечно же, не исключает.
После чего украинские люди искусства отказываются от участия в этом фестивале.
И что же получается?
Во-первых, резко уменьшается сила подобных протестов. То есть, раз вы протестуете вообще против всех, в том числе и против антивоенных россиян, значит, ваши письма, протесты теряют силу. Во-вторых, всё меньше и меньше представителей украинской культуры участвуют в тех или иных европейских культурных событиях.
Н. Н.: Концерт Валерия Гергиева планируется 27 июля. Будем наблюдать, состоится ли он и как поведёт себя общественность. Получится ли изменить решение губернатора региона, и что будет с артистами, которые запланировали свои выступления в Европе и США. Спасибо вам, Марат Александрович, за важную тему, «Вот Так» будет за ней следить.
М. Г.: Можно Марат )
Иллюстрация:
Марат Гельман о расколе в ЕС и артистах (1:26:07-1:36:56 ). Утренний эфир программы «Вот Так», 15 июля 2025 г. Скриншот, YouTube
Опять хорошие русские учат жизни украинцев, да и всех остальных 🙂 Может пора признать, что интересы россиян зарубежом ближе к планам путина, чем к европейским ценностям?
Будем надеяться, что европейские ценности откажутся танцевать с планами путина летку-енку под дудку Трампа
Как журналистка, скажу, что новости в основном крутятся вокруг катастроф, потому что природное чувство самосохранения притягивает внимание человека к информации про опасные события. Такими опасностями являются, например, природные и рукотворные катаклизмы. Как сейчас, например. В Европе сегодня 1245-й день полномасштабной войны России против Украины, ежедневно гибнут украинские военнослужащие и мирные граждане. Защищая своих людей и землю, украинская армия стремится остановить и отбросить российского агрессора. Российская армия вторгается на украинскую землю, жестоко терроризирует население Украины, почти весь июль продолжаются жестокие массированные воздушные удары по мирным украинским городам. Украинская армия защищает Украину и европейские страны от российского вторжения. Поведение США — ядерной державы и одной из ведущих экономик мира — важно. Обещавший остановить войну за три дня после вхождения во власть (инаугурация была 20 января 2025 г.) американский президент Дональд Трамп 14 июля дал 50 суток на то, чтобы воюющие стороны определились, у кого больше политической воли, крепче выдержка, надежнее вооружения и солдаты на поле боя, у кого крепче тыл, и тогда он… Рев войны становится страшнее. При этом постоянно думать только о войне невозможно, невозможно “жить войной”, потому что она по своей сути предназначена не для жизни, а чтобы уничтожать все вокруг себя. На мой взгляд, человек обычно живет в своей голове миром, надеждой, семьей, друзьями, работой, повседневными заботами и так далее. Теперь про отмену в Италии концертов друга Путина дирижера Гергиева — за это высказались многие в Италии и других странах. И вот вчера объявили об отмене этих политических путинских концертов. И это доказывает, что мнение людей может менять события. Гергиев в статье причислен к россиянам, которые “молчат против войны”. Я считаю иначе, потому что Гергиев своей музыкой полномасштабно агитирует за преступную политику Путина. А своей недавней премьерой оперы Прокофьева “Семен Котко” (написана в 1939 году) Гергиев весь Большой театр бросил на поддержку российской агрессии, так что говорить, что Гергиев “молчит против войны” — неправда.